Избирательная кампания в Госдуму IX созыва выходит на финишную прямую, а политтехнологи, опрошенные «ФедералПресс», подводят предварительные итоги: кампания запомнилась стратегией «сидеть в засаде», тотальным «полевением» риторики, юридическими атаками вместо политических баталий и активным использованием нейросетей.
Как отмечают эксперты, главный парадокс завершающейся избирательной кампании — при внешней технологической продвинутости она осталась «стерильной» и предсказуемой. На финальном этапе все внимание штабов сосредоточено на явке: мобилизация своих, демобилизация чужих и «сушка» в отдельных регионах.
Как проходила кампания
Политический консультант Алена Август в беседе с агентством рассказала, что кампания отметилась «исключающей активность» стратегией.
«К большому сожалению, и это во многом мнение „цеха“, основной и самой популярной политтехнологией в этом году стало то, что представители партий предпочли „сидеть в засаде“ и ждать погоды, уверовав в то, что, будучи согласованными где-то и кем-то, победа приплывет им в руки сама», — отметила Август.
Многие действующие депутаты или кандидаты следовали стратегии «Я работаю работу», отметила политтехнолог. По ее словам, люди большей частью кампании выполняли свои прямые обязанности: контролировали ремонт школ, строительство дорог, посещали публичные мероприятия. При этом в отдельных регионах «действительно предлагались интересные проекты на стыке государства, бизнеса и общества».
Еще одной технологии Август дала такое название: «А давайте взорвем интернет». В нее вошли мемы, карикатуры, интернет-пикировка кандидатов.
«Перед голосованием кандидаты начали в сети вызывать друг друга на словесную дуэль, хотя на официальные дебаты они даже не явились», — подчеркивает эксперт.
Она не обошла стороной и юридический прессинг, который в этой кампании буквально стал политтехнологией. В том числе имеется ввиду попытки «снять оппонента». При таких схемах политконсультант призвала кандидатов взвешивать потенциальные последствия обращения к букве закона: если суд не снимает оппонента, то само обращение скорее поднимает ему рейтинг.
При всем этом кандидаты мало слушали профессиональных политтехнологов, которые выстраивают долгосрочные стратегии и корректируют их по ходу кампании.
Пять трендов кампании
Кампания в Госдуму 2026 года хоть еще и не завершилась, но уже запомнится прежде всего тем, что технологически она стала сложнее, а содержательно — предсказуемее, считает политтехнолог Вадим Попов.
«Главный идеологический тренд — тотальное „полевение“ и борьба за советскую ностальгию: практически все системные партии резко сместились влево, перешли на неосоветскую риторику и начали конкурировать за одного и того же избирателя», — рассказывает эксперт.
Вторая особенность, по его словам, стратегия «не потерять» вместо «захватить». Кампания объективно была не богата на события: партии не рисковали, не делали резких движений, пытаясь сохранить существующие позиции.
«В-третьих, ставка политическими игроками делалась на „смысловые технологии“ вместо чистой мобилизации. Проще говоря, если раньше можно было обойтись лишь одними технологиями — базами, чат-ботами, полем, то в кампании 2026 года нужны были еще и смыслы», — отметил Попов.
Четвертый тренд — ИИ-технологии перешли из хайпа в прагматику: нейросети использовались для генерации агитматериалов, анализа аудитории и даже создания «нейроперсонажей».
«И наконец, пятое — малобюджетность и „предрешенность“: кампания 2026 года оказалась одной из самых низкобюджетных в истории, у большинства оппозиционных одномандатников на счетах нули или суммы в сотни тысяч рублей, тогда как у других кандидатов — десятки миллионов, что отражает не только неравенство ресурсов, но и прагматичный расчет: зачем тратить деньги, если исход и так понятен», — объясняет Вадим Попов.
Таким образом, главный парадокс кампании в том, что при внешней технологической продвинутости она осталась «стерильной» и предсказуемой, где партии играют не на победу, а на сохранение статус-кво.
