«Израиль делал ставку на блицкриг, на первое обезглавливающее руководство Ирана и последующее подавление воли к сопротивлению. Это не сработало. Ирану нанесен серьезный политический и морально-психологический ущерб, но стратегических целей Израиль не достиг», — сказал эксперт.
Он отметил, что вопрос в том, какие это были стратегические цели. При этом очевидно, что они не заключались в разрушении иранской ядерной программы, а в стимуляции развала власти в Иране. Политолог также обратил внимание на то, что заявления премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху о стремлении к денуклеаризации Ирана выглядели неубедительно.
«Израиль, вероятно, будет вести войну на истощение как минимум в течение недели, если у него есть ресурсы. Естественным результатом этих соображений стало стремление израильского руководства втянуть в конфликт Соединенные Штаты, которые пытаются этого избежать», — считает Евстафьев.
Специалист подчеркнул, что деэскалация ситуации возможна, но со стороны Израиля этот призыв может выглядеть как уловка. Вполне вероятно, ЦАХАЛ — Армия обороны Израиля хочет дать возможность передохнуть своим системам ПВО, которые испытывали серьезные перегрузки в последние дни. В свою очередь Иран все понял и не принял эти предложения.
«Тем не менее, возможности деэскалации сохраняются, но есть важный нюанс: деэскалация может быть достигнута только действиями коллективных посредников. США и Европейский Союз в качестве посредников сейчас не рассматриваются. Необходимо активное участие арабских стран, вероятнее всего, Саудовской Аравии, а также России и Китая. В этой конфигурации деэскалация возможна», — отметил Евстафьев.
Профессор добавил, что воронка ближневосточного конфликта пока не сильно затрагивает арабские страны, но при эскалации ситуации последствия могут быть серьезными.
«Главный вопрос заключается в том, сможет ли Нетаньяху втянуть в конфликт Трампа. На данный момент Трамп успешно противостоит этому и сделал болезненный для себя шаг, согласившись на то, что Президент России Владимир Путин может выступить посредником в конфликте. Вокруг Трампа существует сложный набор интересов, и его могут втянуть в конфликт неожиданно. Он может об этом узнать внезапно. Все, что мог, он уже сказал», — заключил профессор.
