«Жареные пирожки от луганской бабушки - самое вкусное, что ел в жизни»: Депутат Милонов рассказал о жизни на СВО, ранении и хейте за "самопиар"

Виталий Милонов почти год участвовал в СВО. Не как наблюдатель, а обычный артиллерист, на которого и прикрикнуть могли с матерком… Что там пришлось пережить и почему вернулся «Валентиныч» рассказал в интервью «Комсомолке».

Летом 2023 года парламентариям запретили посещать военные части в зоне СВО. Можно только по согласованию с министром обороны или начальником Генштаба. Официально о причинах такого решения не говорили, но по слухам, одна из главных - «излишний пиар» некоторых законотворцев, ездивших туда просто сфотографироваться. В итоге запрет распространяется на всех. И тому же Милонову пришлось вернуться с передовой…

- Как вас на год отпустили - семья, работа, Госдума, общественность?

- С пониманием. В Госдуме были вопросы, но сейчас депутатам официально нельзя подолгу находиться в зоне СВО - есть ограничения. Если бы не они, я бы там и остался.

Личный архив

- А как вы вообще туда попали? Вы же не профессиональный военный.

- Я с 2014 года постоянно бывал в ДНР и ЛНР. Дружил со многими. А когда 22-й год наступил, позвонил своим: «Всё, парни, можно теперь ехать, не стесняясь». Я поехал добровольцем, за свой счет. В Госдуме 90% этого времени у меня был оформлен неоплачиваемый отпуск, а зарплату от Министерства обороны я, естественно, никакую не получал; контракт заключил безвозмездный (то есть без какой либо оплаты).

- Вы прямо в окопе с автоматом сражались?

- Зачем мне автомат? У меня пушка прекрасная - «Рапира». Я служил в противотанковой артиллерийской батарее старшим наводчиком. Занимался тем, что наводил пушку. Когда не хватало людей, сам заправлял снаряды, гильзы вытаскивал, когда, предположим, срочно надо отработать по цели. Пехота идет в наступление - надо их поддержать. Мы заходили в Попасную первые в составе объединенной группы. Последнее время я в Горловке жил, в расположении. А пушка моя стояла в 4 километрах от линии соприкосновения. Я на мотоцикле за 7 минут доезжал до нее.

Личный архив

- На мотоцикле?

- У меня там с 2014 года стоял мой «БМВ», я на нем ездил, очень удобно. Но сейчас из-за ограничений пришлось вывезти его оттуда. Буду ездить теперь на нем по Курской области. Надеюсь, и по Сумской.

- А как жили? Какие условия были?

- Все, что мы прошли, мы прошли практически по жилой застройке - от дома к дому. Поэтому было где ночевать. Честно говоря, бытовых вопросов вообще не было. Понятно, что неудобно, понятно, что живешь, где придется… вскипятил чай какой-то, кофе растворимый сделал. Как-то я, кстати, привез себе молотый, заваривал, выходил и говорил: «Ребята, у меня кружки кофе заварного, арабского». Мне передали арабы из Ливана кофе с кардамоном.

Личный архив

- Арабский кофе с кардамоном не на всех курортах подают…

- Ну нет. Это совсем не курорт. Просто не надо ситуацию драматизировать. Есть условия, когда парни где-то в голом поле стоят - это сложно. Но мне жаловаться на бытовые условия не очень корректно. Да, тяжело. Но не это самая большая проблема. Самая большая - что тебя убить могут каждую минуту. И неважно, год ты там был или месяц. За один день человек может стать «грузом 200». Так что бытовые неудобства меркнут. Там главная задача - остаться в живых, сохранить боеспособность, не трусить, не прятаться где-то далеко в тылу. А так ко всему привыкаешь. Единственное, к чему нельзя привыкнуть, - это к ожиданию смерти. До наших расположений несколько «Хаймарсов» прилетало, ракеты... Ты ложишься спать и не знаешь, проснешься или нет.

Личный архив

- Скажите честно, страшно было?

- Конечно. Страх спасает там жизнь. Мы стояли совсем рядом с линией соприкосновения. Поэтому я никогда не носил шумозащитные наушники - мне в них не слышно выхода (выстрела противника), он же такой еле заметный. А если услышал, значит, есть несколько секунд, чтобы найти место, куда упасть. Упадешь - сохранишь жизнь. Чем ниже ты лежишь, тем живее будешь. Я поначалу стоял такой смелый, не боялся, типа. Но эта глупая бравада может стоить жизни.

Личный архив

- А радости там какие?

- Самые обычные, на которые тут в Москве и Питере я бы внимания, может, даже не обратил. Например, пирожки, которые покупал у бабушки, возвращаясь с батареи. Жареные такие в масле, жирные. А ты с утра ничего не ел, бегал, суетился, пушку на цели наводил, слушал постоянно воздух, когда ответка по тебе прилетит. Иногда часами сидели, не могли даже высунуться из укрытия. У нас рекорд был - 40 с лишним артиллерийских прилетов за час по нам. После такого возвращаешься, и пирожки эти залетают только так: ни изжоги, ничего. Это было самое вкусное, что я ел в жизни.

А еще помню, пошли с парнями отмечать День народного единства в уцелевшее кафе в Горловке. Я сам не пью, а ребята взяли по сто грамм. Подходит какой-то а-ля военкор: «О! Милонов к вам попиариться приехал?». А сослуживцы мои встали и чуть не побили его: «Мы с ним вместе воюем, а вот ты что здесь делаешь, непонятно?». И парни это сделали искренне. Мне очень приятно было. Я же для них уже давно никакой не депутат. Просто Валентиныч. Даже прикрикнуть могли с матерком порой.

- Как после этого возвращаться к мирной жизни?

- Нормально. Единственное: человек, который приезжает домой, должен понимать, что пережитое осталось там, нельзя привозить это с собой. Многие не осознают. А обостренное чувство справедливости, которое уместно там, тут будет только мешать. Ведь и здесь, на гражданке, много несправедливости, люди совершают ошибки, но это не враги… Поэтому немирные способы решения нельзя допускать.

Личный архив

- Наверняка же говорили про вас: вот, Милонов, как всегда, выпендривается, сидит в зоне СВО, вместо того чтобы работой заниматься.

- В лицо никто не говорил. Но что, вы думаете, я не понимал и не видел, сколько людей за спиной шушукались, мол: «Посидел где-то в тылу, кофе пил с пирожными, и рассказывает теперь». Сначала было обидно, а потом махнул рукой. Все равно потом все всё реально поняли. И потом, я не один такой депутат, который поехал в зону СВО. Я счастлив, что большинство моих знакомых в Госдуме, людей, с которыми я общался, сами туда отправились. Кто-то сражался в БАРСе «Каскад» (это операторы дронов). Двое - Бадма Башанкаев и Дмитрий Хубезов - оперировали прямо там, в Донецке и Луганске. Дмитрий Саблин вообще комбригом стал. Так что я не один такой.

Личный архив

- Ваш отъезд мог вызвать нездоровую реакцию других: давайте мы тоже поедем, попиаримся на СВО. Были же такие, кто туда чисто сфотографироваться приезжал.

- Были. Но пиара из участия в СВО не получится никогда. Скорее антипиар. Каждый старается очернить. Недавно одна коллега упрекнула: «Видите, какой плохой депутат Милонов, мало был на заседаниях комитета, ходил мало на мероприятия, потому что был на СВО». Я ничего не стал ей отвечать. Просто это показывает ту глубину недопонимания, которое бывает. В итоге эта нездоровая реакция вытекла в «давайте запретим им ездить». Понятно, что депутаты могут быть легкой целью, и противник может использовать гибель или ранение в своей информационной войне (именно поэтому, когда я получил первое ранение, я вообще об этом никому не сказал, чтобы никто не радовался). Понятно, если все пойдут, кто будет тогда законы принимать? И понятно, что не надо смешивать: если ты депутат - принимай законы, хочешь на СВО - складывай полномочия и иди…

(Вздыхает). Но у нас (тех, кто отправился на СВО — Д.К.) как раз нет негатива к тем, кто не поехали туда. Но почему-то в наш адрес у некоторых такая реакция. Я не понимаю. Луговой меня вообще назвал «самомобилизовавшимся».

- Вы едете в Курскую область. Зачем?

- Там военные, в том числе, наши мобилизованные. Я предложил помощь - беспилотники, оборудование, рации. А еще надо посидеть с ними, поболтать просто за жизнь. Это важно. Там парни молодые же, им поддержка нужна. Вот, попросили меня гамбургеров им привезти. Привезу, конечно.

Личный архив

- «Комсомолку» читают в ДНР и ЛНР. Что вы передадите своим боевым товарищам?

- Мы не потеряли контакт, постоянно созваниваемся, что нужно - решаем задачи. Иногда у меня есть возможность туда поехать, потому что у «Единой России» большой проект помощи есть, привозили недавно оборудование. В общем, я скучаю и мечтаю, чтобы поскорее мы уже могли, не слушая воздух, гулять по той же самой Горловке, спокойно на мотоцикле проехаться по тем местам. Скорее бы!

Читайте также:

«Девушка просто не разбирается в жизни»: Милонов прокомментировал намерение Погребняк подать на него в суд